English version

Архив номеров

Касаткин С.Н.

Название статьи:
Правосубъектность как конструкция / практика юридического языка

Аннотация:
На основе осмысления специфики юридического языка проясняются методологические основания теории правосубъектности, дается критический анализ ее реалистических и фикционных интерпретаций. Правосубъектность как догматическая категория полагается определенным конструктом юридического языка, лингвистической / социальной практикой.

Содержимое статьи:
Категория субъекта права является одной из фундаментальных, ее разработка обусловливает успешное решение целого ряда общих и специальных проблем правопорядка и правовой теории. Между тем в современной российской юриспруденции вопрос о самой природе субъекта права, онтологических, доктринально-аксиоматических основаниях его определения остается достаточно запутанным и зачастую игнорируется в научной и учебной литературе. В частности, отсутствует четкость в вопросе о субъекте права, поставленном и решенном как проблема юридической догматики1: какая трактовка субъекта права (какой способ употребления данного термина) является юридически значимым? по каким правилам и критериям следует определять правосубъектность, наделять ею? существуют ли какие-нибудь ограничения в признании / приписывании кому-либо / чему-либо статуса субъекта права? и пр. Одна из причин подобной путаницы и нечеткости, как представляется, состоит в непроясненности и неудовлетворительности методологических оснований самой правовой теории, в частности, в приверженности большинства ее построений натуралистическому (эссенциалистскому) восприятию права и дескриптивной трактовке языка. Рассмотренные в качестве составляющих социального мира право и правовые явления презюмируются здесь как некие объективно существующие, очевидные данности, как вещи sui generis и вещи в себе с предзаданными и устойчивыми границами, свойствами, закономерностями, доступные “внешнему” наблюдению, измерению, описанию. Инструментом последнего выступает язык (также понимаемый как особый объект) - абстрактная знаковая система, элементы которой являются обозначениями существующих данностей, вторичны по отношению к ним и обладают фиксированным (буквальным) значением, предопределенным своими референтами (правом, правовыми явлениями) и правилами языковой системы (юридического языка, правовой теории). Лингвистические построения (дескрипции) оцениваются с точки зрения истинности / ложности, т.е. их соответствия или несоответствия описываемым объектам, сущностям, фактам, их реальности или фиктивности. Отсюда, например, теория правосубъектности как особый дескриптивный язык должна представить (зачастую единственно возможное) достоверное описание своего референта - субъекта права и его значимых характеристик, предложить соответствующую образцовую систему словоупотребления, номинации. Обнаруженная истина обращается в деонтологический постулат, выступающий далее в качестве аргумента при обосновании и оценке тех или иных законодательных новелл, доктринальных утверждений, моделей регламентации2.

Продолжение статьи вы можете прочесть в PDF-варианте нашего журнала.