English version

Архив номеров

Беляев М.А.

Название статьи:
К вопросу о взаимосвязи отдельных форм правосознания

Аннотация:
Рассматриваются различные формы правосознания - обыденное, профессиональное и доктринальное (научное) - как специфические стратегии деятельности субъекта по познанию статических и динамических свойств права.

Содержимое статьи:
Тот очевидный факт, что наука о праве является высшей (финальной) формой развития правосознания, остается пока вне поля зрения исследователей, избирающих теорию права объектом изучения. Несмотря на то что в научной литературе неоднократно подчеркивались особая сложность, структурированность, абстрактность и иные логико-гносеологические атрибуты теории права, по-прежнему неисследованными остаются вопросы генетической связи всех существующих форм правосознания, их методологического единства и преемственности. Настоящая статья подготовлена с целью краткого освещения указанных вопросов и подготовки систематического их решения. Низшим уровнем развития правосознания можно назвать правовые эмоции и чувства, локализованные в обыденно-повседневном уровне личностной и общественной психологии. В том неосознанном и неотрефлектированном виде, в каком они существуют в подсознании каждого человека, их роль ничтожна: чтобы понимать право как средство социальной саморегуляции, его необходимо знать, т.е. обладать определенной способностью выносить осознанные суждения о праве, что не представляется возможным, если оставаться на эмоциональном уровне. Как правильно указывает Гегель, “мысль о праве не есть нечто такое, чем каждый обладает непосредственно”1. Важнейшей стороной взаимодействия субъекта и объекта является отражение субъектом внешнего мира в его сознании. Когнитивное отношение человека к действительности никогда не начинается с целого, с всеобщих и всеобъемлющих явлений просто потому, что таковых не существует (всеобщность - характеристика сущности, субстанции, но не явления). На познании, коль скоро оно встречается с феноменами, лежит бремя изначальной раздробленности. Сознание повсюду наталкивается на хаос, фрагментированность и неоднородность. Первые идеальные образы внешнего мира поэтому весьма далеки от упорядоченности. Последняя выступает результатом движения от явления к сущности. Поэтому исходной ступенью познания права выступает фиксация его отдельных свойств. В процессе воспитания и образования каждый человек, будучи включенным в сложную систему общественных отношений, проходит определенные стадии процесса социализации, постепенно усваивая правила совместного существования - моральные, религиозные, эстетические, юридические. На какой-то стадии развития у индивида можно диагностировать наличие более или менее развитых представлений о должном и недолжном, о разрешенном и запрещенном, о социально вредном и социально полезном в поведении, о собственной свободе и ее границах и т.п. Возникшие в сознании субъекта бинарные оппозиции представляют собой опосредованное отражение сложной социальной действительности, приобретающее субъективный, личностный характер. Индивид начинает соизмерять свое поведение с правилами, имеющими отныне для него персональное значение. Здесь имеет место первый и самый трудный переход от абстрактного к конкретному в юридическом познании, переход, сопряженный с проецированием личностью правовой нормы на себя саму, на мир собственных желаний и устремлений. Право, как всякий инструмент, можно познать только в действии, и только в действии (в общественной практике) выяснится пригодность этого инструмента, а также спектр его возможных преобразований и функциональных усовершенствований. В инструменте (как и в любом объекте познания) допустимо выделять структурный и функциональный аспекты его бытия. Эта дихотомия применима и к праву.

Продолжение статьи вы можете прочесть в PDF-варианте нашего журнала.